Комаров Пётр Степанович

СОДЕРЖАНИЕ

В годы Великой Отечественной войны многие дальневосточные писатели и поэты служили в действующей армии или участвовали в военных действиях в качестве корреспондентов. Среди них был и Пётр Степанович Комаров (11.07.1911 – 30.09.1949).

В мае 1941 года, в связи с обострением болезни лёгких, Пётр Комаров поехал в отпуск в Казахстан, на курорт Шафраново. 22 июня началась Великая Отечественная война. Не окончив курс лечения, поэт решил вернуться в Хабаровск. Возвращение было трудным и длительным: на железных дорогах развернулись военные перевозки, пассажирские поезда на восток постоянно задерживались, уступая путь воинским эшелонам, непрерывно идущим на запад. Почти три недели добирался Комаров до Хабаровска. С началом войны многие дальневосточные прозаики и поэты ушли на фронт. Комаров тоже хотел пойти в действующую армию. Но ему отказали: не позволяло здоровье, он давно был снят с воинского учёта. Комаров перешел в Хабаровское отделение ТАСС, был корреспондентом краевого отделения ТАСС, печатался в «Тихоокеанской звезде», был активным корреспондентом армейской газеты «Тревога».

В Хабаровске группа художников и литераторов стали выпускать сменные «окна» сатирических плакатов «Удар по врагу», возникшие по инициативе писателей Н. Рогаля, П. Комарова и Д. Никишкина. В них сообщалось о положении на фронте, сатирически высмеивались захватчики нашей страны. Создавались «Окна» на основе последних сводок Совинформбюро, фронтовых корреспонденций в газетах, а также на основе ещё не опубликованных, полученных в самом конце ночи тассовских материалов.

Вскоре П. Комаров стал одним из самых значимых организаторов выпуска плакатов. Спустя семь лет поэт вспоминал об этом периоде жизни в автобиографии: «Большинство моих книг, как можно заметить, издано в годы Великой Отечественной войны. Работал я в эти годы много и напряжённо, и удивляюсь, откуда только брались силы! Так было, наверное, у всех советских людей. Писались ли стихотворная листовка на фронт, сатирический текст к плакатам, газетная статья или весёлая частушка по заказу махорочной фабрики, выпускавшей махорку для солдат Советской армии, – для всего находилось время, всё делалось с увлечением, какого мы не знали раньше».

Подписи П. Комарова к агитплакатам отражали создание санитарных дружин, отрядов самообороны и донорства, его стихотворения на листовках, открытках или этикетках упаковок махорки, шедших многотысячными тиражами на фронт, призывали воинов умело и бесстрашно действовать в бою.

Показательны строки из характеристики для горвоенкомата, выданной ответственным секретарем Хабаровского отделения Союза советских писателей Н. Рогалем 10 ноября 1942 года: «Антифашистские стихи П. Комарова, его подписи к плакатам “Удар по врагу”, его стихи, воспевающие доблесть и мужество героев Красной Армии и героев трудового фронта, широко известны не только в нашем крае, но и за его пределами».

На страницах краевых газет всё чаще стали печататься стихи поэта, пронизанные тревогой за судьбу Родины, они выражали справедливый гнев и ненависть народа к фашистским захватчикам: «Вандалы», «Старик», «Святая месть» и другие.

В феврале 1942 года Комаров выехал в Комсомольск – участвовать в выпуске многотиражной газеты на стройке первого в крае металлургического завода «Амурсталь». 15 февраля наступил день первой плавки. Этому яркому событию в жизни металлургов Петр Комаров посвятил стихотворение «Обед для незваных гостей», написанное в ту же ночь для праздничного номера газеты. Юмористически заострённое в форме сказки-были, стихотворение строится на художественной гиперболе, преображающей сам факт производства стали для фронта в подготовку «обеда» для фашистских захватчиков. Тема решается в соответствии с фольклорной традицией: «обед» изображается обильным, по обычаю широкого русского хлебосольства, в «меню» содержались типичные русские национальные блюда. А перечень блюд и приправ имел двойной смысл: он давал образное представление о варке стали с примесью к шихте химических специй, и в то же время подразумевал различное оружие, что в качестве «блюд» шло для «угощения» врагов. Весёлый юмор, с каким изображалось мастерство и удаль «поваров»-сталеваров соответственно переходил в сатирическую картину гибели фашистов.

В годы Великой Отечественной войны П. Комаров сразу же откликнулся на беду народную. В стихотворении «Родина» он находит зримый образ: «Колея на запад пролегла» «длинными солдатскими ремнями». Развивая удачно найденный образ, в чеканных строках метафорически изображает «Родину любимую» свою «воином», она «предстала перед нами» «Вся перепоясанная строго / Поясами фронтовых дорог». Как отметила профессор БГПУ О.И. Щербакова: «Многие стихи военного времени носят патриотический характер, они задушевны, лиричны, напевны».

Во время войны вышли сборники стихов П. Комарова: «Время бесстрашных» (1941), «Как пруссак попал впросак» (1942), «С востока на запад» (1943), «Хинганский родник» и «Золотая просека» (1945). Стихи военного времени были завершены циклом «Маньчжурская тетрадь», куда вошли произведения об освобождении Советской Армией Северо-Восточного Китая, Монголии и Корее. Этот цикл стихов относится к лучшему, что написано нашими поэтами об исторической миссии советского солдата на Востоке.

В первом военном сборнике П. Комарова «Время бесстрашных» большое место занимали стихотворения о боевых действиях советских войск, о мужестве и стойкости наших бойцов и командиров, отражавших натиск врага. В сюжетных стихах: «Хлопец» – о юном колхознике-партизане, «Наташа» – о девушке-медсестре, «Возмездие» – о старике-крестьянине, мстящем за злодеяния фашистов, автор стремился поэтическим языком зримо обрисовать то, что происходило как на фронте, так и на оккупированной территории.

В стихотворении «К оружью, патриот!» (1941) Комаров призвал  каждого человека встать на защиту родного дома и необъятной Родины:

В твой дом родной и твой очаг
Стучит прикладом лютый враг,
Он у твоих ворот.
К оружью, патриот.
Расчёты варвара грубы
Он – господин, а все – рабы.
У нас же с ним один расчёт:
К оружью, патриот!
Родная мать, в твоих детей
Фашистский целится злодей.
Но – смерть за смерть – сказал народ.
К оружью, патриот!
Гранатой бей, коли штыком.
Близка победа над врагом.
Взгляни вперёд: она идёт.
К оружью, патриот.
 

Одна из тем стихотворений 1941 года – судьба городов, которым грозит враг, в первую очередь, Москвы, Ленинграда. Эти столичные города отделены от наших, дальневосточных, тысячами километров. Можно быть спокойным за себя, за своих близких, за родной дом. В стихотворении «Московскому другу» (1941) поэт не ощущает спокойствия, потому что «...есть расстоянье прямое / От нас до Кремлёвской стены». Передано в стихотворении чувство сопричастности с тем, что происходит сейчас в Москве: «С высоких отрогов Приморья / Мне древние башни видны. / Иду я по сопкам горбатым, / И кажется: дым фронтовой, / Проплыв над вечерним Арбатом, / Повис над моей головой». Просто, задушевно говорит поэт о близости русских людей всей страны, и это как раз находит отклик в душе читателя.

Тема судьбы городов также нашла отражение в стихотворениях «Тебе, Москва» (1941), «Сердцем – к сердцу» (1941), «Мы с тобой, Ленинград» (1941), «Рядом с тобой» (1941).

Все эти стихотворения объединяет главная мысль: сопричастности делам и подвигам фронтовиков. Комаров показывает, как тыловики оказывали колоссальную поддержку тем, кто находится на местах сражений. Например, в стихотворении «Тебе, Москва!» (1941), звучат строки, в которых автор от миллионов людей, находящихся далеко от Москвы, поддерживает бойцов, беспощадно истреблявших врага.

Москва! В суровый этот час
Ты не одна в борьбе, –
Нет, миллионы верных глаз
Устремлены к тебе.
 
Несмотря на отдаленность от мест сражений, люди, находившиеся в тылу, были связаны невидимыми нитями с теми, кто непосредственно принимал участие в боях. Наиболее ярко это показано в стихотворении «Сердцем – к сердцу» (1941):
 
Сердец невидимые нити
Единым связаны узлом.
 

Метафора «нити сердец» наиболее полно отражает взаимосвязь людей, находящихся в разных концах страны.

В местном отделении ТАСС Комаров вел рубрику «Вестник краевой информации» с первых дней войны, из которой хабаровчане первыми узнавали все новости о трудовых делах земляков. Поэт устанавливал контакты с колхозами, совхозами, заводами, железнодорожными узлами, строительными площадками края. Все это позволяет судить о том, насколько был информирован Петр Комаров о делах края.

Чувство причастности к героическому труду фронтовиков рождалось у Комарова при непосредственном общении с теми, кто работал для нужд фронта – создавал вооружение, строил военные заводы, варил сталь. В теме Великой Отечественной войны у Комарова появляется тема подвига тружеников тыла, отраженная в стихотворениях «Аэроград» (1942), «Амурсталь» (1942), «Пути тысячеверстные легли» (1942), «Энский завод» (1942), «Ночной цех» (1942), «Награда» (1942), «Ходит слава по заводу» (1942), «Надпись на подарке» (1942).  

Зимой 1942 года в городе Комсомольске развернулась ударная стройка: по приказу Государственного Комитета Обороны строителям необходимо было ввести в строй завод «Амурсталь» и как можно скорее выдать металл для нужд оборонной промышленности. Краевой комитет партии послал туда выездную редакцию «Тихоокеанской звезды», в том числе и Петра Комарова.

В этих стихотворениях отражена напряженная работа тех, кто находился в нескольких тысячах километрах от мест сражений, но знал, что на их плечах лежит огромная ответственность и долг перед всей страной. Люди разгружали ящики с деталями для станков, всю ночь проводили на заводе за работой.

Небольшое стихотворение «Энский завод» (1942) написано в те дни, когда поэт по собственной инициативе работал на заводе. Перед нами предстает картина разгрузки и установки деталей эвакуированного с Украины завода. Благодаря мастерству и богатой фантазии поэта, завод превращается в образ завода-воина:

Как воин, совершающий отход
На новые позиции средь боя, –
Он выбрал их и снова в бой идет,
И день и ночь дымя своей трубою.
 
По словам А. Татуйко: «Образ получает воплощение благодаря, во-первых, типичности взятой ситуации, а во-вторых, точным реалистическим деталям, которые так хорошо были знакомы поэту по личному опыту». Ящики, разгружаемые с платформ, станки, пыль, сыроватый запах песка и глины – все это придает образу завода-воина осязаемость, мы легко можем представить его в своем воображении.

Поэтизация трудового подвига в тылу получит свое дальнейшее развитие в стихотворении «Ночной цех» (1942), где создана картина напряженной ночи в только что отстроенном цехе.

Всю ночь горели за спиной
Огней кочующие вехи,
И ветерок тайги ночной
Был между нами в гулком цехе.
 
Стихотворение поражает своей реалистичной картиной, созданной по воспоминаниям самого поэта. Подлинный героизм тружеников заключался в добросовестном, бескорыстном труде. Каждый осознавал серьезность того, чем он жертвует во благо страны, находящейся в опасности. Несмотря на отдаленность от мест сражений, любой ощущал себя непосредственным участником боя.
 
Ты и в работе – фронтовик,
Ты и в труде – участник боя.
 

Прошло время. Заводской цех и площадки строек сменились картинами сельской жизни. Поэт отправился к хлеборобам Амурской области. Поездка эта была наполнена интересными встречами и новыми впечатлениями. Так в военной теме Комарова появляется мотив сельских тружеников, прошедший через стихотворения «Дзот в степи» (1943), «Военно-полевая дорога» (1943), «Вечер на полевом стане» (1943), «Зерновой двор» (1943), «Осень в деревне» (1943).

В стихотворении «Дзот в степи» (1943) мы видим степь военного времени со своими приметами. Едва Комаров увидел родную степь, как встрепенулась его душа. Ему показалось, что он перенесся в детство, увидев степь «вся в желтых пятнах молочая, в цветах ромашки полевой».

И вечно будет одинаков
Для нас дымок степных палов,
Летучий снег июльских маков
И поздний крик перепелов.
 
Поэт вспоминает, что степь всегда была такой, в далёком детстве и сейчас. Но дзот – та самая примета военного времени возвращает его в настоящее.

В стихотворениях, посвящённых сельским труженикам, проходит идея присутствия близкой границы, которая в любой момент может стать огненной чертой. Но, к счастью, этого не случилось, потому что на востоке армия твердо держала оборону. А в тылу страны кипела жизнь: трудились колхозники, которым выпала не менее легкая доля, чем людям, защищавшим Родину от вражеских сил. В стихотворении «Зерновой двор» (1943) показана напряженная жизнь степи в разгар осенней страды:

Здесь слышен только стук лопат,
Глухая речь машин, и всюду
Зерно шумит, как водопад,
Как дождь, который не забуду…
 

О стихотворениях «Вечер на полевом стане» (1943), «Осень в деревне» (1943) и о других нельзя сказать, что это пейзажные стихи, хотя они наполнены пейзажными зарисовками:

Пахнет полынью и мятой,
И от соседних болот
Легкий туман сизоватый
Низко над степью плывет.
 
Главной задачей автора всё же становится показать напряженность обстановки в совхозной деревне, где работа идёт под девизом помощи фронту:
 
За первым проселочным знаком
Раскинулся стан полевой.
Деревня стоит бивуаком,
Как будто готовится в бой…
 
С темой Великой Отечественной войны, в стихотворениях П. Комарова связаны не только мотивы судьбы городов, которым грозит враг, мотив тружеников тыла, мотив сельских тружеников, но и мотив благодарности советским воинам-освободителям.
Полушубок
 
Взволнована важной причиной,
Старушка сюда забрела.
Простой полушубок овчинный
Она в партбюро принесла.
 
Вошла и неловко сказала:
«Вот эту овчину свою,
что я для зимы сберегала,
советским бойцам отдаю».
 
В самый разгар войны, в 1943 году, Комаров написал стихотворение «На краю России». Идёт война, решается судьба России, а поэт, по мнению современных ему критиков, пишет о каких-то босых землеходцах, топором прорубающих путь, о Беринге, поднявшем над дикими скалами флаг Петра, о поздних жалобах птиц, о вековечном покое тайги. Во время войны были люди, которых это возмущало. Они считали, что не патриотично писать подобные стихи в разгар сражений за родину. Известный поэт-амурчанин Олег Маслов сказал: «И невдомёк им было <критикам>, что всё это и есть самое дорогое, что защищается нашими солдатами сейчас на полях сражений. Что более патриотичных стихотворений, чем “На краю России” и “Приамурье”, трудно представить».

В тяжёлые военные годы советские люди ощутили силу и величие национальных традиций. Нужно было осмыслить истоки героизма и патриотизма народа. И в творчестве Петра Комарова, как и в творчестве других писателей,  начинает звучать историческая тема. Не случайно Петр Комаров обращается к истории. Как отмечает И. Добровольская: «Победы предков стали для дальневосточников примером служения Родине».

Патриотизм стихотворений, написанных во время войны, заключается в том, что поэт, раскрывая образ родной земли, обращается к её истории. Он раскрывает чувство привязанности к земле родной без ложного пафоса. Стихи очень задушевны, лиричны. В стихотворении «На краю России» Пётр Комаров использует свой излюбленный приём – обращение к России как живому существу, как к товарищу, другу. На протяжении всего стихотворения звучат эти обращения: «Ты пугал меня, край лесной...»; «Ты и здесь обжилась, Россия, / С неподкупной своей судьбой!..»; «С Ерофеем – крестьянским сыном – / Ты из Вологды шла сюда...»; «Не забудь их, моя Россия, / Добрым именем помянуть...»; «Ты и здесь мне мила, Россия, – / Край суровый мой, край родной!». Доверительные интонации, задушевность появляются благодаря найденному приёму.

Постепенно нарастает воодушевление поэта, который обозревает просторы России «от Москвы до конца земли» в поисках той минуты, когда он с удовлетворением сможет воскликнуть: «Всё здесь русское, всё здесь наше!». Так поэт передал ощущение единства дальневосточного «края сурового... края родного» со всей страной.

Историческая тема настолько увлекла П. Комарова, что рамки стихотворения показались ему узкими, и он обратился к монументальному жанру поэмы. В конце 1943 года Комаров завершил большое поэтическое повествование – амурскую легенду «Серебряный кубок», посвящённую мужественным первопроходцам, которые защищали приамурские земли от маньчжурских завоевателей.

Поэма «Серебряный кубок» – самая короткая по количеству строк из трёх поэм Комарова, но самая значимая по смыслу и патриотическому звучанию, была актуальна в год её написания и не потеряла актуальности в наши дни.

Известный дальневосточный журналист Евгений Корякин рассказывает, какие обстоятельства подвигнули Петра Комарова взяться за перо: «В разгаре Вторая мировая. Самый пик её кульминации. На курских и белгородских чернозёмах, в плодородных степях под Прохоровкой перемалывалась и крошилась в прах тевтоская сила, нахлынувшая на Отечество страшным потоком. Русская уральская сталь противоборствовала с немецкой крупповскою. Смертельный поединок обернулся тем, что русские выстояли и победили». А на Дальнем Востоке за рекою в полной готовности стояли отборные полки и дивизии японской императорской армии, готовые в любой момент вступить на нашу территорию. Поистине небывалую стойкость и выдержку, граничащую с героизмом, являли русские бойцы.

Сюжет «Серебряного кубка» незамысловат и прост. Фабула поэмы сводится к вполне вероятному и, может быть, имевшему место событию. На верхнеамурскую заставу «Орлиный утёс» (есть такая, кстати, в ордена Красной Звезды Сковородинском пограничном отряде) пришёл убелённый сединами человек, назвавшийся потомком албазинских казаков. Он принёс в дар солдатам-пограничникам наследие предков – серебряный кубок. Из него пил воду, почерпнув в амуре, сам письменный голова Василий Поярков, сподвижник якутского воеводы Петра Головина:

Встал в лодке Поярков и машет рукой:
«Подайте серебряный кубок!
Другое ему назначенье дано –
Быть вечной утехой народу.
Но ныне, казаки, я пью не вино,
А эту холодную воду».
Воды зачерпнув после речи такой,
Он пил её жадно и долго.
«Пусть будет Амур
                          нашей русской рекой,
Как старая матушка Волга!»
 
Кубок, которому прежде иное «...назначенье дано – / Быть вечной утехой народа», теперь символизирует живительные истоки народной силы и героизма, придающие мужество русским людям, осваивающим и защищающим дальневосточные земли, потому что они пьют из него «чистую светлую воду» Амура.

Рассказ старого албазинца передан поэтом строками скупыми, но полными рельефной красочности и точными историческими реалиями. Словно со страниц летописи албазинец называет дату похода Василия Пояркова. Именно тогда, в лето Господне одна тысяча сорок третьего года, посадские жёны провожали в поход струги Пояркова – вверх по Лене, а затем – по Алдану, к Становому и Яблоновому хребтам, к водоразделу с бассейном Амура.

Давно это было. Июльской порой
Шестьсот сорок третьего года
Казаков сибирских в поход боевой
Якутский послал воевода.
 
Посадские жёны кричали навзрыд,
Людей провожая охочих.
К Амуру, где эта застава стоит,
Казаки поплыли на кочах.
 
Кого они встретят в чужой стороне,
Каких там дождутся подарков?..
А кочи бегут и бегут по волне.
Ведёт их Василий Поярков.
 

Рассказывается в легенде и о том, как казаки под предводительством Ерофея Хабарова взяли приступом крепость даурского князя Албазы, «и слух и глаза своей дальнозоркой России». И о жестокой битве казаков с шестью тысячами маньчжурских солдат, в которой «от воина к воину шел по рукам казацкий серебряный кубок». Таким образом, в поэме Комарова источником силы является серебряный кубок, наполненный водой Амура:

Мы сами искали и черпали в нём
И доблесть свою, и отвагу,
Что крепче железа стоит под огнём,
И верность российскому флагу.
 

Идея поэмы заключается в следующем: поэт видит в подвигах предков прямое продолжение подвигов современников. Потомок абазинских казаков дарит солдатам серебряный кубок как символ мужества и героизма предшествующих поколений, тех людей, кто первым ступил на амурскую землю, кто возвёл первое поселение – Албазинский острог, кто возвёл на берегах Амура посёлки и города, построил мосты и дороги.

Рассказчик опять свою трубку набил,
Себя оборвав с полуслова,
К бойцу подошёл, у него прикурил
И начал рассказывать снова:
«Был только единственный сын у меня,
Но парень в минувшее лето
Погиб от немецкого злого огня
Под Новгород-Северским где-то.
<...>
Я знаю – немало моих сыновей
Стоят, как всегда, на Амуре.
Я вам этот кубок сегодня даю,
Чтоб вы сохранили навеки
И русское солнце в родимом краю,
И русские земли, и реки».
 

Символично, что воины пограничной заставы принимают серебряный кубок, овеянный реальными легендами, олицетворяющий героизм и мужество предшествующих поколений, а значит, принимают эстафету своих отцов и дедов, чтобы вписать в неё новые героические страницы.

Комаров подчёркивает живую преемственную связь между казаками атаманов Василия Пояркова и Ерофея Хабарова и воинами сегодняшнего дня, защитниками дальневосточных рубежей. Причём символом этой героической преемственности, по мысли поэта, становится легендарный серебряный кубок, испив из которого, бойцы обретают силу и мужество в священной борьбе за Отчизну:

По кругу серебряный кубок пошёл:
Дозорный, что был в карауле,
Сержант, что в дозор отделенье повёл, –
Все к этому кубку прильнули.
 
Не так ли и прадеды, в тесном кругу
Старинный сосуд поднимая,
Клялись не сдавать никакому врагу
Ни пяди российского края?!
 

Не забывает Пётр Степанович и о лирике. В 1943 году он совершил поездку в Амурскую область и создал цикл стихотворений, в котором показал, какое участие приняли дальневосточники в войне: «Здесь покоем веяло когда-то, / И сейчас не слышится пальбы, / Но идут, как старые солдаты, / На восток дорожные столбы». Стихотворение «Сибирская легенда», созданное в 1943 году, рождает представления о боях, поэтому цветок сараны горит как «жаркая вспышка огня», и одновременно возникает мотив разлуки, рождённый образом «чьей-то косынки в лесу».

Когда в 1945 году советские воины, неся освобождение Северо-Восточному Китаю и Северной Корее, выступили против Квантунской армии, П. С. Комаров, невзирая на изнурявшую его болезнь лёгких, решил поехать на фронт. Ю. А. Шестакова пишет: «С большим трудом, преодолев немалое сопротивление и начальства, и врачей, Пётр Комаров добился назначения в действующую армию. Вместе с писателем Николаем Задорновым – корреспондентом ТАСС, талантливым прозаиком, роман которого “Амур-батюшка” за год до этого вышел в местном издательстве, они проделали довольно большой путь с войсками 1-го и 2-го дальневосточного фронтов. Давняя их дружба, сложившаяся ещё в довоенную пору окрепла в совместных поездках по городам Маньчжурии. Рядом с Николаем Павловичем – человеком большого кругозора, предупредительным, весёлым и добродушным, Комарову было легче преодолевать неизбежные трудности. На маньчжурской земле многое открылось им тогда».

В своих воспоминаниях об амурских писателях «Литературные встречи» (журнал «Дальний Восток», № 3, 2012) амурский поэт О. К. Маслов в главе «Они были друзьями» рассказывает о встрече с Н. П. Задорновым: «Николай Задорнов и Пётр Комаров были друзьями. В 1945 году они оба имели удостоверения корреспондентов телеграфного агентства Советского Союза (ТАСС), что давало право находиться в действующей армии и получать нужную информацию. Поэтому, как только началась война с Японией, Задорнов сразу оказался в пекле событий. А Комаров остался: был серьёзно болен, врачи и жена удерживали его дома.

– Но, как только я пересёк границу, – сказал Николай Павлович, – понял, что если Комаров не примет участие в этом походе, то потеряет нечто такое, что потом никогда не восполнит. И я вернулся в Хабаровск, уговорил жену отпустить Петра. <…>, и она мне поверила и доверила».

В августе 1945 года они выехали в качестве корреспондентов Хабаровского краевого отделения ТАСС в освобождаемые районы Маньчжурии, расположенные в радиусе действий 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов Советской Армии. В документе, выданном поэту, определено задание: «Описать жизнь маньчжурского населения при оккупантах, зверства и издевательства японцев над китайцами, работу советских комендантов, установление новой жизни в городах». За месяц с небольшим Комаров и Задорнов побывали в городах Санчагоу, Муданьцзяне, Нингуте, Дуньхуа, Харбине и окрестных сёлах, став живыми свидетелями и участниками маньчжурского освобождения от японских захватчиков. Комаров видел, как беспомощные местные жители приветствовали советских воинов-освободителей. В Государственном архиве Хабаровского края сохранилась записная книжка П. Комарова, на которой рукой поэта написано: «Записи сделаны во время поездки с армией по Маньчжурии в 1945 г.».

На основании острых впечатлений тех тяжелых дней возникли стихи, вошедшие в циклы «Манчжурская тетрадь» (1945), «Монгольские стихи» (1946), «Корейские мотивы» (1946), «На сопках Маньчжурии» (1946) которые вошли в книгу «Под небом Азии» (1947).

В цикл «Манчжурская тетрадь» входят стихотворения «Санчагоу» (1945), «Сунгарийские болота» (1945), «Фарфоровая ваза» (1945), «Китайчата» (1945), «На чужбине» (1945), «Вечер на Сунгари» (1945) и другие. Глубина и разносторонность тем и интонаций была присуща всем этим произведениям. Они содержали множество разнообразных картин и обобщений – настолько широко удалось Комарову охватить знаменательные события своего времени и проникнуть в их смысл.

Известно, что природно-климатические условия, в которых проходил освободительный поход, были исключительно тяжелыми. Пётр Комаров в стихотворении «Сунгарийские болота» (1945) даёт удручающую картину болот, увиденную им с самолета.

Ты вниз посмотрел с самолёта, –
И ты не увидел привычной земли:
Глухие разводья, протоки, болота,
Озёра и топи лежали вдали.
 

Последняя строфа стихотворения неожиданного обогащает первую:

Бездонные топи. Озера. Болота.
Зеленая, рыжая, желтая мгла.
Здесь даже лететь никому не охота.
А как пехота все это прошла?
 

Финальные строчки сразу вторгаются в память и властно заставляют повторять себя снова и снова. Всё больше – вместе с автором – удивляться отражённому ими событию. Им самим – тоже. «Здесь даже лететь никому неохота. А как же пехота прошла?». «Даже лететь!..», «А как же… прошла?!». В этом будто бы суховатом («риторическом» – по суровому определению одного из критиков) вопросе улавливается широкая градация смысловых и эмоциональных оттенков – от недоумения, даже откровенной растерянности, до восторженного изумления и, более того, преклонение перед подвигом наших пехотинцев, совершивших невероятное. Читатель ощущает в этих строках восторженное удивление автора, поражающегося стойкости и терпению советского война.

Мотив благодарности советским воинам-освободителям, благодарности, звучавшей из уст корейцев, китайцев, манчжуров, проходит через стихотворения «Фарфоровая ваза» (1945), «Вечерняя школа русского языка в городе Нинани» (1945), «Китайчата» (1945), «Вечер на Сунгари» (1945), «Дорога на Дуньхуа» (1945).

Наиболее ярким впечатлением освободительного похода было то, как встречали воинов советской армии, принесших людям свободу. В стихотворении «Дорога на Дуньхуа» (1945) описывается как раз один из таких моментов, когда восторженные жители встречают освободителей:

Люди вскинули, как полымя,
Красный флаг над головой,
Машут нам широкополыми,
Шляпами наперебой.
 

Сцены такого рода, свидетелем которых был Комаров, глубоко запали ему в сердце. Например, в стихотворении «Фарфоровая ваза» (1945) встречаются такие строки:

Тебе навстречу, будто ожидая
Не первый год спасителей своих,
Выходит китаянка молодая
И к танку прикасается на миг.
Она выносит вместо хлеба-соли
(Здесь хлеба не видали с давних пор)
Всё, что сумела сохранить в неволе, –
Драконами расписанный фарфор.
 
Освобожденный народ бесконечно благодарен русским воинам, готов отдать последнее, что у них осталось. В конце этого стихотворения поэт высказывает мысль о том, что русский человек повсюду «от Праги до Китая» со своей гуманистической освободительной миссией был желанным гостем.

Надолго запоминается рослая фигура сержанта Пахома Пономаренкова из стихотворения «Китайчата» (1945), угощавшего освобождённых китайских детей своим домашним пирогом:

Хоть от усушки и утруски
Не так уж сдоба хороша, –
Я угощаю вас по-русски,
Как мне велит моя душа…
 

И весёлый повар не смог остаться в стороне, он досыта накормил ребятишек:

Наш повар шустрым китайчатам
Дал знак движением руки:
– А ну-ка, хлопцы! Борщ горячий! –
И показал на котелки.
В благодарность за это китайчата:
Недаром же ему вдогонку,
Пока не замер гул шагов,
Они выкрикивали звонко,
Легко и весело: – Шанго!
 
А стихотворение «Вечерняя школа русского языка в городе Нинани» (1945) заканчивается так:
 
– Вы думаете, это входит в моду? –
Мне говорили в дальнем уголке,
– Мы много-много русскому народу
Хотим сказать на русском языке.
 
Много слов благодарности услышали тогда в свой адрес советские воины-освободители от жителей, освобожденных от оккупации территорий.

Лирический герой этих произведений – пламенный патриот. И в то же время он интернационалист, не жалеющий своей жизни для освобождения китайского народа из-под японского ига. Об этом стихотворение «Санчагоу»:

…Мерцает и качается слегка
Цветной фонарь из рисовой бумаги.
Шаги конвоя. Тусклый блеск штыка
И солнце самурайское на флаге…
 
Бездомный пёс пролаял на луну.
И снова – ночь. И ничего другого.
…Мы расстреляли эту тишину,
Когда входили в город Санчагоу.
 
В ряде стихов этих циклов Комаров встречаются описания деталей местного колорита, увиденных глазами автора или его лирического героя. Например, в стихотворении «Степной бивак» (1946) боец, отдыхая на воинском биваке, следит за лунной дорожкой на песке, которая «То вспыхнет вся, то скроется во мраке»:
 
То ляжет над кочевьями Жэхэ,
Где пахнет степь кизячными дымками,
Кумысом, забродившем в кожухе,
Бараньей шерстью, салом, курдюками…
 
В некоторых стихотворениях этих циклов, в особенности монгольских, Комаров «использует характерные традиции национальной поэзии, идущие, в свою очередь, от фольклора», – замечает Б. Рясенцев. Они заключаются в метафорическом изображении природы Комаровым.  Отсюда у Комарова в стихотворении «Чахар» (1946) ветер изображен метафорически:
 
Скоро пригонит ветер-пастух
Гурт облаков грозовых в Чахару.
 

 А в стихотворении «Степной бивак» (1946) ночь уподобляется «монголке» – лошади.

Осенних звезд несметные стада
Монголка-ночь ведет по небосклону.
 
Причём уподобление здесь двойное, оно звучит и в последней строфе:
 
Монголка-ночь ведет по небесам
Осенних звезд табун неисчислимый.
 

Комаров обращается к эстетическим богатствам с целью обогащения изобразительных средств русского поэта, это давало, по словам Б. Рясенцева: «Возможность художественно убедительнее рассказать об увиденном».

Комаров филигранно точен в своих беглых характеристиках встреченных людей: массовые сцены на улицах (стихотворение «Харбин»), портретные зарисовки в стихотворении «Старик», экспрессивный рисунок идущей по улице женщины, у которой «…и в руках – узлы, на голове – корзина и плачущий ребёнок за спиной» (стихотворение «Кореянка»). Пётр Комаров часто использует приём перечисления, придающий эмоциональную нагрузку стихотворению. Так, например, в стихотворении «Харбин» приём перечисления служит передаче всплеска радости на улицах городов, куда вошли советские воины-освободители с красными флагами и цветами на штыках:

Никто не позабудет этой встречи:
Увитых георгинами штыков,
Малюток чьих-то, поднятых на плечи,
Коленопреклонённых стариков,
Мужской слезы, оброненной впервые,
Молитвенного ропота вокруг,
И взглядов нежных: «Русские» Родные!»
И трепета горячих женских рук.
 
«Маньчжурская тетрадь», все три цикла Петра Комарова, куда вошли стихотворения о Китае, Корее и Монголии – явление уникальное в отечественной поэзии. Не только в силу единственности такого широкого взгляда, объемлющего многоликие страны Азии, но и по художественной выразительности описаний и силе образов, созданных автором.

Короткий жизненный путь отмерила судьба Петру Степановичу Комарову, но своим поэтическим пером он успел принять участие в Великой Отечественной войне, а завершил её военным корреспондентом действующей армии в победном сентябре 1945 года.

 

ПРОИЗВЕДЕНИЯ П. С. КОМАРОВА О ВОЙНЕ

Комаров, П. С. Избранное : стихи. – Хабаровск : Книжное издательство, 1992. – 256 с. – Текст (визуальный) : непосредственный.  
Комаров, П. С. На сопках Маньчжурии : стихи. – Хабаровск : Дальгиз, 1946. – 64 с. – Текст (визуальный) : непосредственный.  

Комаров, П. С. Серебряный кубок : амур. легенда / П. С. Комаров. – Текст (визуальный) : непосредственный // Амур – река подвигов. – Хабаровск : Книжное издательство, 1971. – С. 224–228.

 
Комаров, П. С. Стихотворения и поэмы / П. С. Комаров. – Москва : Художественная литература, 1977. – 430 с. – Текст (визуальный) : непосредственный.  
Комаров, П. С. У берегов Амура : стихи / П. С. Комаров. – Хабаровск : Дальгиз, 1940. – 84 с. – Текст (визуальный) : непосредственный.  

 

ЛИТЕРАТУРА О ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ П. С. КОМАРОВА

Вольпе, Л. Заветные струны : о стихах Петра Комарова / Л. Вольпе. – Текст (визуальный) : непосредственный // Комаров, П. С. Стихотворения и поэмы. – Москва : Художественная литература, 1977. – С. 5–12.  
Гай, А. А. Жизнь – источник поэтического слова : заметки о языке стихов П. Комарова / А. А. Гай. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1955. – № 2. – С. 151–163.  
Гай, А. А. Наш земляк : воспоминания о Петре Комарове / А. А. Гай. – Текст (визуальный) : непосредственный // Приамурье : лит.-художеств. альм. – Благовещенск : Амурское книжное издательство, 1955. – № 4. – С. 317–338.  
Гай, А. А. Поэт Пётр Комаров : [крит.-биогр. очерк] / А. А. Гай. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1950. – № 4. – С. 98–116.  
Добровольская, И. Творческое горение : Пётр Комаров – классик дальневосточ. лит. / И. Добровольская. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 2011. – № 3. – С. 142–149.  
Задорнов, Н. Это было в Маньчжурии : [к 75-летию со дня рождения П. Комарова] / Н. Задорнов. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1986. – № 7. – С. 144–147.  
Иртышский, Б. Здравствуйте, товарищ Комаров! : репортаж с места событий / Б. Иртышский. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1976. – № 8. – С. 139–140.  
Комаров, П. Избранное : [тема Великой Отечеств. войны в творчестве П. Комарова] / П. Комаров // Десять книг о войне : беседы с родителями о кн. амур. писателей / сост. О. А. Барсова. – Благовещенск : [б. и.], 2009. – С. 5–7.  
Маслов, О. К. Литературные встречи : [из воспоминаний] / О. К. Маслов. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 2012. – № 3. – С. 200–213.  
Певец родного Приамурья : о жизни и творчестве Петра Комарова : информ-метод. материалы / Амур. обл. науч. б-ка им. Н. Н. Муравьева-Амурского ; сост. В. В. Соломенник. – Благовещенск, 2013. – 136 с. + 1 электрон. опт. диск (DVD-ROM). – (Русские судьбы: амурские писатели ; вып. 3).  
Игнатенко, И. Неумолкающее эхо : амур. поэты о Великой Отечеств. войне : [очерк] / И. Игнатенко. – Текст (визуальный) : непосредственный // Приамурье-2015 : альм. : лит.-художеств. изд. – Благовещенск : РИО, 2015. – № 13 (31). – С. 11–12.  
Пётр Степанович Комаров : [биогр. справка] – Текст (визуальный) : непосредственный // Писатели Дальнего Востока : биобиблиогр. справ. – Хабаровск : Книжное издательство, 1973. – С. 120–125.  
Рогаль, Н. Новая книга о Петре Комарове : [о кн. Б. Рясенцева «Пётр Комаров : лит. портр.»] / Н. Рогаль. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1976. – № 8. –С. 135–138.  
Рясенцев, Б. К. Изумлённость : о творчестве Петра Комарова / Б. К. Рясенцев. – Хабаровск : Книжное издательство, 1979. – 128 с. – Текст (визуальный) : непосредственный.  
Рясенцев, Б. К. Помнишь, как мы уходили из дома» : [о поэзии П. Комарова] / Б. К. Рясенцев. – Текст (визуальный) : непосредственный // Проспект Пушкина. – 2004. – 8 дек. – С. 3.  
Татуйко, А. Героика ратного подвига : поэзия П. Комарова воен. лет / А. Татуйко. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1983. – № 5. – С. 149–153.  
Феоктистов, С. Золотая просека : [гл. из повести о П. Комарове] / С. Феоктистов. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1961. – № 5. – С. 109–126 ; № 6. – С. 125–143.  
Феоктистов, С. Золотая просека : док. повесть, посвящ. замечат. рус. поэту Петру Комарову / С. Феоктистов. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 2011. – № 4. – С. 168–220 ; № 5. – С. 198–220 ; № 6. – С. 196–221.  
Шестакова, Ю. Высокое и сокровенное слово : [к 75-летию со дня рождения П. Комарова] / Ю. Шестакова. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1986. – № 7. – С. 139–144.  
Шестакова, Ю. Родник его поэзии : [о жизни и творчестве Петра Комарова] / Ю. Шестакова. – Текст (визуальный) : непосредственный // Комаров, П. С. Избранное : стихи. – Хабаровск : Книжное издательство, 1992. – С. 5–34.  
Шестакова, Ю. Родник его поэзии : о жизни и творчестве Петра Комарова / Ю. Шестакова. – Текст (визуальный) : непосредственный // Дальний Восток. – 1993. – № 4. – С. 127–149.  
Щербакова, О. И. Изучение темы Великой Отечественной войны, отражённой в стихотворениях П.С. Комарова, на уроках литературы / О. И. Щербакова. – Текст (визуальный) : непосредственный // Лосевские чтения – 2010 : материалы регион. науч.-практ. конф. / под ред. А. В. Урманова. – Благовещенск : Издательство БГПУ, 2010. – Вып. 3. – С. 171–178.  
Щербакова, О. И. Комаров Пётр Степанович : [биогр. справка и список лит.] / О. И. Щербакова. – Текст (визуальный) : непосредственный // Энциклопедия литературной жизни Приамурья XIX–XX веков / сост., вступ. ст. А. В. Урманова. – Благовещенск : Издательство БГПУ, 2013. – С. 196–198.